Сакура

Ещё чуть-чуть — и розовые мухи
Слетятся на мосты и тротуары.
Быстра их смерть. Но не похож на траур
Короткий выход сакуры-старухи.

Он всякий раз красив, как ритуал,
Как кимоно старинное в музее.
Ещё чуть-чуть — и розовые змеи
Нырнут в пруды. Их ветер нахватал

И унести опять хотел с собой,
Но, зазевавшись, растерял в дороге.
Ещё чуть-чуть — и розовый прибой
Гуляющим слегка оближет ноги.

Ещё чуть-чуть…

У реки

Там мутная зелень реки
В плену отощавших деревьев
Кипит, словно на разогреве
Уха, и встают островки

Из серо-коричневой глины
Ломтями засохшего хлеба.
А облако — тело дельфинье
В пучине весеннего неба.

Там склизко, и воздух вот-вот
Сам станет кипящей водою.
Соседский мальчишка разроет
Червивую землю, как крот, —

Он спрячет тут клад, и звездою
Из веток чуть сверху примнёт.

***

Обглоданные кости кораблей
Ржавеют в бледнопенном мелководье.
Вдали, на потемневшем небосводе,
Щетинисто и зло, как из щелей,
Проскобленных тяжёлой львиной лапой,
Мерцают звёзды… Полночь. Ни души.
Лишь море бледной пеною шуршит,
Да редкая волна берёт нахрапом
Безлюдный берег, что усеян густо
Змеино-золотой морской капустой.