***

Как преждевременна ноябрьская ночь:
На небо кто-то бросил покрывало,
И вмиг оно окрасилось в тревожный,
Воронье-чёрный, до конца не явный цвет.

Луна на нём желтеет, как обломок
Хозяйственного мыла; правда, «жёлтый»
Я написала, потому что слова
Точнее не нашла:
Не жёлтая она.

Она такая сливочная, что ли.
Зато фонарь, определённо, жёлтый.
Горит во тьме, взрезая её светом,
Входя в неё, как входит нож в пирог.

Поэтому, наверное, сынишка,
Держа меня за руку (мы из сада
Идём домой; ему немного страшно —
Внезапна ведь ноябрьская ночь)

Вдруг говорит: «Луна! Луна на небе!»,
Показывая на фонарь ладошкой,
Укутанной в перчатку; он не видит
Обмылочка взаправдашней луны.

***

Мой город мёртв. Обглоданные кости
Укрыты лёгким снегом, словно гейша
Лицо рябое в слое грима прячет.
Но оспа, принесённая ветрами
С чужого берега, пропахшего корицей,
Алойным деревом, мускатом, кардамоном,
Сквозь грим, как чёрный призрак, проступает.

И снег, и грязь, и зимние созвездья,
И голые деревья в трупных пятнах —
Всё ждет весны… Бесснежной и счастливой.

2017